| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Жених
с добрую дыньку задел мой нос по касательной, но все равно было больно. И обидно. Закапала кровь; несколько капель упало на брюки.
И тут меня повело. Как всегда – без предупреждения.
Вкус крови на губах пробудил мою вторую сторону. На протяжении следующей минуты я мучительно выворачивался наизнанку. До сих пор не знаю, как это выглядит со стороны, потому что глаза заволакивает мутной пеленой, и когда я промаргиваюсь, мир передо мной уже размытый, черно белый, воспринимаемый не столько на взгляд, сколько на запах.
Мыслить здраво я не в силах, но человеческая память подсказывает мне то, о чем не догадывается волк. Вокруг много двуногих, но они не опасны, это не враг. Враг впереди, он пахнет страхом и тем страшен, потому что непредсказуем. Реакция на угрозу – нападение.
Потом несколько секунд выпадают из памяти, и следующая картина – улепетывающие во все лопатки мордовороты. Я не столько догоняю, сколько играю с ними, лязгаю зубами у самых пяток. И снова затмение.
Мордоворот лежит на земле, глаза его стекленеют от ужаса. Я осторожно сдавливаю зубами его глотку, и медленно отпускаю. Мой нюх улавливает острый запах мочи.
И только теперь – от стыда – оборачиваюсь назад, в человека.
Вокруг уже собралась небольшая толпа. Громилы после пережитого не в силах были даже подняться – так и валялись в лужах, судорожно поскуливая. Я оглянулся – ну конечно, брюки остались под дурацким транспарантом. В трех сотнях локтей. Которые мне предстояло пройти в костюме Адама, под взглядами отдыхающих со всей Стройки. К счастью, останавливать меня в голову никому не взбрело.
Когда я добежал до плаката, Гали уже не было. Я поискал ее взглядом, потом опомнился и зло сплюнул. Тварь зашевелилась во мне, приглашая завыть, но я пнул проклятую псину в морду. Черт, почему в Крыму столько народу всегда? Так здорово было бы побегать лунной ночью по горам, вдыхая многообразные ароматы, источаемые нагревшейся за день травой и землей…
– Восемь защитных диаграмм, – пробормотал я себе под нос. – В качестве дисциплинарной меры.
Зверь тоскливо рыкнул и унялся.
Глава 8,
в которой происходит самое интересное
Валентин Зорин, воскресенье, 20 июня
На улице нас ждали шестеро. Трое парней в армейском камуфляже разной степени потрепанности. Здоровенный гоблин полукровка картинно оперся на ручную картечницу. Синеглазый эльф в строгом деловом костюме выглядел чертовски неуместно на фоне дымящихся воронок. И молодая женщина, немедленно нацелившая на меня наконечник тяжелого посоха.
– Спокойно, Тайша, – предостерегающе произнес Серов. – Он со мной.
– Ну и во что ты умудрился вляпаться, а, Серый? – насмешливо спросил один из парней, задумчиво покручивая в руках точную копию подобранного Серовым жезла. – Вроде бы самый тихий был, и – на тебе…
– Да уж, – поддержал его сосед справа. – Вляпался ты, Серый, с раз
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
|
|
 |
|
