| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Опасные связи
зу. Не худой и не толстый - это и есть нормальное телосложение. Глаза маленькие и глаза близко посаженные - что-то общее в этом есть. Губы узкие и там, и сям. Люда просто грамотно, протокольно выражается, а суть одна и та же.
- К сожалению, не одна и та же. Да, приметы расплывчатые, и к ним можно примерить кого угодно. Да хоть тебя, - сказала я, и Горчаков стал придирчиво себя осматривать. - Но есть одна существенная деталь - пирсинг.
- Да, - согласился Горчаков. - Если бы пирсинг у него появился к моменту похищения Вараксина... Но тут все наоборот - летом кольцо в губе есть, а осенью нету. Слушай, а может, он просто его снял?
- Может, все может быть. Но дырка-то должна была остаться? Ты не знаешь, за какое время дырки в губе зарастают?
- Не знаю, - сказал Горчаков с сожалением, на всякий случай ощупывая свою нижнюю губу.
Я набрала номер Коленьки Василькова, по которому уже соскучилась, и попросила его притащить Люду, чтобы мы вместе поехали на "Звездный" рынок и выбрали кроссовки. Заодно спрошу у Люды, могла ли она не заметить дырку на губе у парня, забравшего Вараксина. Васильков радостно защебетал, что все исполнит в лучшем виде, и что он приедет с распечаткой исходящих звонков с трубки Островерхого, которой пользовался наш загадочный господин Петров, и что там есть кое-что интересное.
Прибыла эта сладкая парочка буквально через сорок минут. Васильков, как всегда, излучал любовь к жизни, а Люда - мертвящий холод. Она категорически опровергла предположение, что могла что-то во внешности парня упустить. Ни дырки, ни заросшей дырки, ни даже прыщика на губе у парня не было.
Васильков положил передо мной распечатку звонков. Количество их потрясало - еще бы, за три дня наговорить на шестьдесят долларов... Тем не менее Коленька отчитался практически по каждому звонку. Около двадцати номеров зависали - в настоящее время уже не обслуживались, два были зарегистрированы на умерших людей - слава Богу, умерших своей смертью. Два номера были квартирными телефонами, работящий опер Васильков успел даже проверить их по "квартирной" базе и приложил справки о том, по каким адресах установлены телефоны и кто в этих квартирах прописан. Мы с Горчаковым хмыкнули одновременно - прочитав, что в каждой квартире имелась несовершеннолетняя девочка.
Остальные звонки приходились на мобильные телефоны старьевщиков из "Олимпии". И только один номерочек стоял особняком: номер телефона Управления кадров ГУВД.
Посовещавшись с Васильковым и Лешкой, мы пришли к выводу, что из звонка в "кадры" ГУВД мы ничего не выжмем. Конечно, надо там поспрашивать, не знает ли кто Островерхого, но надеяться, что люди вспомнят, кто им звонил в пятнадцать часов в августе прошлого года, по меньшей мере глупо.
В общем, мы с Коленькой стали собираться на вещевой рынок; Люда, как всегда, безучастная, сидела в углу, заплетя худые ноги и подпирая кулаком подбородок, а Лешка все листал
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
|
|
 |
|
