| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
День Поминовения
тгов. Ибо унгаратты верят только в Смерть. Всепобеждающую! Неуничтожимую! Вечную! Прекрасную...
Ее выбросили на арену довольно бесцеремонно – так, что она полетела лицом вперед. Хорошо, что всюду был щедро насыпан песок. Он смягчил удар от падения, но ноги в нем увязали довольно глубоко, затрудняя движения.
Такахай и Тайяскарон положили на арену гораздо бережнее, с почтением. Их даже несли двое воинов на вытянутых руках.
Унгаратты не уважали женщин, но боготворили прекрасные мечи. Сжав мгновенно потеплевшие рукояти в ладонях, Каэ почувствовала себя уверенней. Она ни минуты не сомневалась в том, что ее используют в качестве гладиатора. Никакого возмущения она в этот миг не испытывала – это было бы непростительным расточительством. То, что она сражается на потеху толпе, было второстепенно, первостепенным было – выбраться отсюда живой и отплатить звонкой монетой.
Время не просто течет как река. На протяжении долгого времени, очень долгого – сколько стоит мир, – полыхают войны, горят города; сжигают на кострах непокорных; испепеленные горем души мечутся по земле, не находя себе ни пристанища, ни утешения. Время – это Огненная река.
Противник вышел почти сразу. Это был огромный детина, в отличие от нее не носивший рабского ошейника. Убийца профессионал. Знаток своего дела. Он был мускулистый и ужасно кого то напомнил ей. Каэ наморщила лоб, судорожно соображая. А когда вспомнила, расхохоталась. Ее противник был точной копией статуи А Лахатала в Штайре, а значит, символом здешнего красавца мужчины.
Никто не понял, отчего она смеется. Но воина ее смех разозлил. Она была такая маленькая, так небрежно держала свои клинки – прекрасные клинки, достойные лучшей участи, – что это могло сойти за неловкость. Кстати, Катарман Керсеб обещал эти мечи в качестве награды победителю. Накануне они были выставлены на общее обозрение и вызвали настоящую сенсацию. Никого не смутил даже тот факт, что восхитительные клинки вели себя как то странно. Их явная одушевленность, тихий звон, который они периодически издавали, только увеличивали и без того баснословную ценность.
Ни один уважающий себя унгаратт не стал бы не только драться с женщиной, но даже приходить на поединок, где слабая и хрупкая особь принимает участие. Да они на нее и не смотрели. Все эти толпы восторженных людей, занимающих бесконечные кольца амфитеатра, возведенного вокруг арены, пришли увидеть Такахай и Тайяскарон. И Каэ решила про себя: а зачем лишать их этого маленького удовольствия?..
Перед началом боя на балконах расставили лучников, чтобы прояснить серьезность предстоящего момента.
– Вы сражаетесь насмерть! – возвестил герольд обращаясь к ней. – Захочешь удрать, тебя подстрелят как куропатку.
Лучшего сравнения он не нашел.
– Хочешь что нибудь сказать на прощание? – спросил насмешливо ее противник.
Она скривилась, как от зубной боли. Сказать было что, но говорить вслух, пр
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
|
|
 |
|
