| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
День Поминовения
не знал, что снаружи, на стенах Белого замка, кипит отчаянное сражение, о котором еще долго будут складывать легенды не только в самой Кортегане, но и во всех сопредельных землях. Он не знал, что ошалевшие, обезумевшие унгаратгы едва отбиваются от могучих воинов в белых одеждах малых числом, но великих умением.
Что карабкаются, прямо по неровной каменной кладке, на необозримую высоту башен диковинного вида люди с зажатыми в зубах длинными кинжалами. И командует ими бравый морской волк – капитан одного из самых красивых кораблей, когда либо пристававших в гавани Малого Бургана. Просто невдомек унгараттам, что матросы могут драться лучше иных рыцарей, когда речь идет об их госпоже.
Что в окружении голубых молний стоит на огромном каменном зубце крепости высокий светловолосый молодой человек в черном плаще и, подняв руки к стремительно багровеющему небу, читает заклинания, защищая своих немногочисленных воинов.
Что крохотный мохнатый человечек, которому вообще не место в подобных сражениях, в зеленых башмачках с загнутыми кверху носами, увенчанными золотыми шариками, и в кокетливой шапочке, сдвинутой на левое ухо, мечет сиреневые комья пламени в унгараттов.
И что кружат над стенами Белого замка поющие драконы, сверкая и искрясь в лучах заходящего солнца. Невероятные драконы. Могучие. Те самые, в которых на Имане давно уже никто не верил.
Все было закончено в самый короткий срок. Его величество Барга Барипад и несколько десятков вельможных унгараттов успели скрыться, сбежав еще одним потайным ходом. Куланн подозревал, что этими ходами Малый Бурган изрыт, как муравейник.
Большинство рыцарей были уничтожены во время короткого, но яростного сражения. Возлюбленные Смерти оказались на поверку не такими уж и хорошими солдатами, и сангасои пожимали плечами, вытирая свои окровавленные мечи.
Катарман Керсеб так и остался валяться на арене, уткнувшись разбитым лицом в грязный песок.
Исполинская тень воина в черных доспехах помахала рукой на прощание, перед тем как вернуться в священную рощу Салмакиды или еще куда нибудь, куда обычно уходят светлые души.
Факелы догорели и стали гаснуть, но некому уже было их заменить, и поэтому подземелье постепенно стало погружаться в темноту. Исчезли во мраке высокие колонны, поддерживающие свод, статуи, изображающие героев гладиаторов, затем и окровавленные тела погибших утонули во тьме. И только портреты королевских особ и великих магистров еще были освещены двумя светильниками.
Каэтана в сопровождении своих воинов медленно вдвигалась к выходу. Из огромной золотой рамы равнодушно глядели ей вслед серые, холодные глаза Пэтэльвена Барипада.
Каэ на собственном опыте убедилась, что любовь во много крат сильнее ненависти: если поединки с рыцарями она еще как то перенесла, то дружеские объятия ее потрепали изрядно. Каждый по очереди обнимал и теребил ее, чтобы убедиться в том, что она находится рядом
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
|
|
 |
|
