| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
День Поминовения
что он так любил ее, войско тагаров не прошло через это ущелье – вот вам истина. Любая армия разобьется о любовь!
– Я глубоко сочувствую вам, барон, – серьезно сказал Банбери. – Но это красивая сказка. На самом деле все должно было быть совсем иначе. Когда я был молод, я уехал на Вард искать приключений. Повторяю, я был молод, меня влекла война, но не та, что постоянно шла здесь, а чья нибудь чужая. Я хотел разобраться в себе и мечтал, чтобы традиции предков не влияли на меня. Я поступил наемником в отряд, где командиром был невероятный гигант и силач. Вот вы, князь, – повернулся он к Куланну, – вы невероятно могучи, но наш командир был настолько выше и мощнее, что сам Арескои убежал бы от него, а Траэтаона счел бы его равным.
– А, – махнул рукой Куланн. – Тогда разве что великий Бордонкай сравнится с вашим командиром, барон. Барон! Что с вами?
– Почему вы назвали Бордонкая великим? – спросил Банбери севшим голосом.
– Да так, – растерялся было Куланн, но решил не выкручиваться, раз проговорился, и решительно ответил: – Потому что в священной роще Салмакиды, что в Запретных Землях, рядом со статуями аллоброга и альва, о которых уже упоминал барон Воршуд, стоит памятник самому великому воину Варда. Траэтаона счел его равным себе, а Победитель Гандарвы хранит его секиру как единственную ценность. Имя этого воина – Бордонкай. А также там стоят памятники двум волкам урахагам и разбойнику ингевону. И это доказывает, что Истина существует для всех. Да будет вам известно, барон, что Великая Кахатанна, Богиня Истины и Сути, каждый день ходит к этому месту, чтобы поклониться своим друзьям.
Барон молчал, краснел и бледнел попеременно, сжимал и разжимал кулаки и все же произнес вслух:
– Я видел, как ваш великий Бордонкай убил собственного брата. Именно после того случая я оставил военное ремесло и вернулся в Ронкадор. Открыл здесь гостиницу и вот живу – не жалуюсь.
– Это прекрасно, барон, – сказала Каэ. – Но после гибели своего брата Бордонкай прожил не очень долгую, но очень насыщенную жизнь. И совершил множество подвигов.
– Я не верю! – воскликнул Банбери Вентоттен.
– Бывает. – Она пожала плечами.
И старик схватился за сердце:
– Принцесса! Голосок у вас нежный, но ведь вы произнесли это точь в точь как Бордонкай. Но она промолчала.
Утром следующего дня Каэ сидела в кресле у незажженного камина. Все еще отдыхали в своих комнатах, но ей не спалось, и она спустилась в обеденный зал. На улице стояла жуткая жара, а здесь, в прохладе, хорошо думалось, и она дремала в тишине, иногда возвращаясь в мыслях к дальнейшим планам. Из этого сладкого, блаженного состояния ее вывел сам хозяин гостиницы, барон Вентоттен. Он подошел к своей гостье, кашлянув, чтобы не испугать бесшумным появлением (а ходил барон Вентоттен, как кошка), и нерешительно произнес:
– Хотите позавтракать, принцесса?
– Да, если можно.
– Нево
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
