| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Знали чего хотят
ула на мокрый пол. И что то чувствительно повредила.
Но это не имело никакого значения.
Тяжело выдержать, когда почти сотня человек смотрит на тебя и молчит. Ничего не спрашивает. Ничего не говорит вообще. Просто молчит. И даже если ты вернулся с победой, то все равно почему то тяжело. И никто еще не ответил почему.
Куланн подошел к Банбери Вентоттену, который держал на руках бесчувственное тело Каэтаны. Они видели ее и после сражения, и после нападения Мелькарта. Но сейчас внешний вид богини поразил ее друзей и спутников: мокрая настолько, что вода ручьями стекала с ее одежды, разодранная в кровь, с изуродованными руками, смертельно бледная, она обвисла на руках у барона.
– Что? – наконец выдавил из себя военачальник сангасоев.
– Все в порядке. Она просто измождена до предела. Камень у нас.
Рогмо приблизился к Вентоттену и забрал у него Каэтану.
– Спасибо, – сказал тот, тяжело опускаясь на землю. – Признаться, я ничем ей не помог. Скорее мешал.
– Если она позвала вас с собой, значит, вы были ей нужны, – уверил его Номмо. – Идите ка к костру, барон. Вам нужно хорошенько поесть и отоспаться. Завтра будем говорить о делах.
– Ваша правда, барон, – ответил Банбери. – О! Чувствую запах жареной оленины, жаль, не найдется пару листочков мяты и две три горошинки перца, они бы значительно улучшили вкус...
... Она очнулась оттого, что руки нестерпимо болели.
– Ничего, ничего, – шепнул Магнус на ухо Каэтане, – потерпите. Сейчас все пройдет. Это мой особый состав, заживляет любые раны, даже самые серьезные. А у вас просто множество мелких царапин и ссадин. Только два глубоких пореза выше запястья, но и они не опасны.
– Спасибо за заботу, Магнус.
– Не за что. – Он пристальнее вгляделся в ее лицо и счел нужным добавить: – Кожа не пострадает, даже самого маленького шрама не останется.
– Вот спасибо! – Она значительно повеселела. – А что с бароном?
– Достойный кулинар спит сном праведника. Он переприготовил нашу оленину, после того как нес вас на руках через все подземелье. Думаю, он выдохся сильнее, чем хочет показать.
– Камень?
– Банбери спрятал его в кошелек и отдал мне.
– Магнус, он мне нужен. Нужен прямо сейчас.
– Хорошо, – сказал чародей, доставая из складок своего черного одеяния кожаный кошель. – Вот.
– Дай его мне. – Каэ протянула перебинтованную руку ладонью вверх, и чародей осторожно опустил на нее прозрачный камень, светящийся ярко алым.
Пальцы сильно болели, руки не слушались, но она смогла вставить камень точно в оправу. И он не просто встал на свое старое место, а словно прирос. Теперь требовалось бы приложить недюжинные усилия, чтобы вынуть его из перстня. Каэ надела перстень на безымянный палец – единственный оставшийся свободным от мягких тряпиц, которыми обмотал ее руки Магнус. И перстень буквально прилип к коже. А потом тихий
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
|
|
 |
|
