| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
Машина Килиманджаро
Рапира — это превосходно. Не хочешь ли пофехтовать со мной пару минут? Давненько я не держал в руках рапиру…
Он уже направился к шкафу из серого металла в дальнем конце комнаты, когда Йен кивнул.
Послушав, как Торри рассказывает о странностях своих родичей, и обратив внимание, о каких именно странностях Торри умалчивает, Йен бы не удивился, если бы Торсен извлек из шкафа полный комплект рыцарских доспехов, но тот достал поношенное, совершенно заурядное защитное снаряжение: старый, однако вполне приличный колет, перчатку — более тонкую, чем сейчас принято, но тоже совершенно обычную.
Торсен снял футболку, обнажив мощные дельтовидные и грудные мускулы, хотя любой качок из тех, что отираются в гимнастическом зале, стал бы работать над излишней гибкостью в отводящих мышцах и давным давно сбрил бы светлые волосы, покрывавшие грудь и плечи Торсена.
Однако Йену раньше не встречались сорокалетние бодибилдеры. Несправедливо судить Торсена по стандартам более юного поколения, да и вообще, Торсен фермер, а не качок.
Йен полез в сумку за собственной амуницией.
Может, Торсен и в самом деле давно не брался за рапиру, но он, во всяком случае, не разучился надевать снаряжение; всего через несколько секунд на нем уже были фехтовальные тапочки и колет, однако он не потрудился сменить джинсы на полагающиеся рейтузы для фехтования. Он взял со стойки рапиру, убедился, что она подходящей длины, и ритуальным жестом проверил тупой наконечник; пару раз рубанув воздух, встал в позицию, потом поднял рапиру в салюте и опустил маску на лицо.
Йен тоже встал в позицию, отсалютовал, опустил маску и отступил назад.
— Начнем, — сказал Торсен, вставая в несколько небрежную позу, низко опустив острие.
Йен встал в стойку. Если Торсен дрался, как Торри, его трудно будет победить — и совсем не потому, что он неловок, как новичок.
Торсен немедленно шагнул вперед, переведя рапиру в сиксту. Йен попробовал ударить, парируя, но Торсен отбил его клинок в сторону и нанес бы укол, если бы Йен не отвел, отступая, острие рапиры. Потом Йен атаковал из секунды, своей любимой стойки, дважды меняя направление атаки, но Торсен не принял его тактику, отбил вверх рапиру Йена и нырнул вперед, целя в бок противнику: его клинок просвистел в воздухе с такой скоростью, как будто ничего не весил.
Чертовщина, у этого немолодого человека весьма сильное запястье!
— Хорошо, — сказал Йен. Он не видел лица Торсена за сеткой маски, но знал, что отец Торри улыбается.
Пусть его. Теперь очередь Йена.
Фехтовальщики снова приняли боевую стойку, однако на этот раз, когда они сблизились, Йен был готов к удару по своему клинку; опустив острие и вытянув руку вперед, Йен оторвался от рапиры противника и, сделав выпад, прошел сквозь оборону Торсена, как будто ее не было, достав отца Торри во внешнюю часть бедра.
— Это тоже было неплохо, — отметил Торсен, сопроводив замечание о
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
