| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
Машина Килиманджаро
свободный стиль охватила весь фехтовальный клуб кампуса. Особенно им увлекались новички, которым не терпелось перейти на продвинутый уровень: это было забавно, поощряло игру клинками, а также всякие прыжки, повороты и прочие по киношному эффектные фокусы.
Еще свободный стиль требовал совершенно противоположного тому, к чему привык всякий рапирист: после вступления — непринужденной игры кончиками клинков — Торсен сделал вид, что открылся, а потом ответил изысканным круазэ и, сбив рапиру Йена вниз и в сторону с линии атаки, одновременно кольнул противника в живот, а затем легко отпарировал нападение Йена, который научился у Торри не отступать, пропустив удар.
Еще пять секунд — и последовал укол в руку, потом в выставленное вперед колено, снова в руку, и, наконец, финальное круазэ завершило схватку.
Все произошло быстро, но не мгновенно, и теперь Йен чувствовал, что его футболка намокла, а глаза ест льющийся со лба пот. И почему он только не надел хаератник?
Господи, мистер Торсен, как же вы дрались лет двадцать назад? — подумал про себя Йен. Если сейчас вы не в форме и долго не брались за клинок, то каким же фехтовальщиком вы были в двадцать лет? Олимпийского класса, несомненно. Однако Йен был уверен, что Ториан Торсен ни разу не фехтовал в олимпийской сборной Штатов. По этой причине Йен скептически относился к высокому мнению Торри о фехтовальных навыках его отца.
Хотя это, конечно, не главная причина. Глубоко в душе Иен не мог поверить в отца, который не напивается в стельку и не избивает сына до полусмерти, когда что то не так, или когда ломается водопровод, или когда случается похмелье. Как будто во всем виноват Йен. Как будто Йен виноват, что мать умерла от рака.
Жизнь вообще несправедлива. Это было одно из любимых изречений отца, и он приложил немало усилий, чтобы уверить сына в своей правоте.
Сняв маску и перчатку, Торсен улыбнулся и подал руку Йену.
— Что ж, приятно видеть, что я не разучился владеть клинком. Ты дашь мне еще один шанс с рапирой, как нибудь потом?
Йен едва не поперхнулся.
— С удовольствием, сэр, — ответил он, тяжело дыша. Торсен кивнул:
— Ты очень хороший рапирист, и многообещающий.
— Вы очень добры, — сказал Йен. Торсен перестал улыбаться, и температура в комнате, казалось, упала.
— Нет, я всего навсего точен, — заметил он, а затем встряхнул головой и поднял руку. — Но я не хотел тебя обижать, извини, если что. — Тут он опять улыбнулся. — Ты давно перекусывал?
— Давненько, сэр. А еще мне хочется влить в себя галлон холодной воды — как только я приму душ и смогу присоединиться к обществу.
Торсен рассмеялся.
— Моей жене случалось видеть за столом потных мужчин в спортивных шортах; сначала попей и поешь. Кроме того, — добавил он, — ты еще незнаком с Осией.
Остальные уже собрались за кухонным столом. Торри и Мэгги избегали смотреть друг на друга, и Йен сразу
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
