| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
Машина Килиманджаро
ому в ночь — и не последний, надо думать.
Остальные все еще были наверху.
— Мы вернемся поздно, — сказал Торри девушке. — Не жди нас, ложись.
Наливая себе очередную чашку кофе и тихонько затягиваясь сигаретой, Мэгги Кристиансен услышала за спиной тихие шаги.
Не жди нас, да? Ну что ж, раз так, она не станет ложиться в постель.
Насколько помнила Мэгги, она всегда была такой.
Возможно, за характер ей следует благодарить отца. Согласно семейной легенде, когда ей было всего четыре года и когда ее еще звали Марианной, она, едучи в машине с тетей Мэгги, сестрой матери, жившей тогда с ними, заявила: «Я хочу быть тетей Мэгги, когда вырасту».
Тетя Мэгги рассмеялась и объяснила, что, во первых, ей тогда придется убедить папу и маму родить второго ребенка, чтобы он вырос и завел своих детей, но даже тогда она будет «тетя Марианна», а не «тетя Мэгги».
— Мой папа говорит, — ответила тогда малышка, решительно фыркнув, — что когда я вырасту, я стану тем, кем пожелаю.
И с того дня заставляла всех звать ее Мэгги.
Десятки учителей забывали об этом, но путем неустанного повторения Мэгги удавалось вбить в них свое имя. Когда во время игры мальчишки окликали ее Марианной, она притворялась, что не слышит. Конечно, все изменилось в девятом классе, когда за одну ночь — так ей по крайней мере казалось — отпала надобность в зубных скобках, кожа стала чистой, грудь и бедра сделались по женски округлыми, и презрительные насмешки сменились заиканием и плотоядными взглядами.
С этим у нее проблем не было.
Мэгги хотела не очень многого. Она желала только, чтобы все шло так, как ей надо, но «так, как ей надо» не подразумевало «с легкостью, без усилий». Она не возражала против работы, и ей было наплевать на цену, которую требовалось заплатить за желаемое, пусть даже это означало свидания с кретином, преподавателем английского, который никому не ставил «отлично», — потому что еще одно «хорошо» испортило бы ее средний балл; или поход по дюжине магазинов в поисках того оттенка губной помады, который подчеркивал бы цвет волос Мэгги, не заставляя их казаться крашеными; или часы, проведенные в гимнастическом зале вместе с другими новичками фехтовальщиками, — когда стало ясно, что это единственный способ отбить Торри у его предыдущей девушки; или часы, проведенные в том же спортивном зале уже не из за Торри и даже не потому, что у нее хорошо выходило, а потому — Мэгги сама удивлялась, — что ей понравилось фехтовать.
— Хэлло, — раздался голос у нее за спиной. — Я вижу, ты не торопишься ложиться…
Повернувшись, Мэгги совершенно не удивилась тому факту, что Карин Торсен одета в коротенький пеньюар явно от «Виктория Сикрет», сквозь который проглядывает черное кружевное боди. Нет, для женщины своего возраста она в прекрасной форме, однако это уж слишком…
— Надеюсь, не я вас разбудила, — сказала Мэгги.
Карин покачала головой, отбрасывая
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
