| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
Tyrannosaurus Rex
но, со взаимными обвинениями можно и подождать.
— Минутку, — сказал Йен.
Он вышел на веранду. Рубин был теплым на ощупь; он не успел бы так нагреться от руки Торри за несколько минут. И хотя самоцвет вовсе не казался тяжелым, требовалось приложить некие усилия, чтобы сдвинуть его с места — словно тот, кто его создал, не озаботился синхронизировать вес и инерцию камня.
Йен посмотрел в голубое небо. Оно было глубже и ярче, чем дома, непорочная белизна облачков слепила глаза. И высоко над Городом кружила черная птица. Ворона, надо думать? Нет. Йен улыбнулся. Ворон.
Ничего, кроме чистой логики: камень должен хранить тот, кто знает о важности Брисингамена, кому можно доверить и рубин, и все остальные камни ожерелья — до тех пор, пока не настанет время завершить этот цикл существования Вселенной.
Еще рано, подумал Йен. Мне еще много чего надо сделать, и я не один такой.
— Хугин! — крикнул он. — Слышишь меня? Лети сюда! Мунин, дуй сюда, это я, Йен Сильверстейн!
Он и прежде видел кружащую в небе птицу, однако это не отложилось в его сознании. Но вороны сами говорили, что они еще встретятся, и вполне разумно, что Харбард послал кого то из них следить, что произойдет в Городе.
Черная птица продолжала свой плавный полет, и сердце у Йена упало.
— Йен, — раздался сзади голос Торри. — У нас мало времени.
— Заткнись, — огрызнулся Йен, отчаянно пытаясь что нибудь придумать. Может, проглотить камень? Нет: ему просто взрежут брюхо — какие тут церемонии?
Бежать? Куда?
Ворон сделал вираж, а потом устремился вниз, сложив крылья.
Сработало!
— Отнеси ей камень от меня!
Самоцвет взлетел в воздух, сверкая в лучах солнца, разгораясь все ярче и ярче, словно крохотное солнце, на которое больно смотреть, но от которого невозможно оторвать глаз.
Когти ворона сомкнулись вокруг камня с отчетливым щелчком.
— И поблагодари ее за яблоки, — сказал Йен. — И за статуэтку, не забудь поблагодарить за статуэтку! — И шепотом добавил, уверенный, что птица этого уже не услышит: — Передай ей спасибо за ее слова, что я… тоже кое чего стою.
— Не будь ты таким глупцом, тебе бы не понадобились уверения отставной богини плодородия, Йен Сильверстоун, — откликнулся ворон: его карканье таяло вдалеке. — Но я все ей передам. Счастливо, Йен Сильверстоун! — добавила птица.
Широкие крылья уже несли ворона высоко в небо, на юг.
Был ли это Хугин или Мунин? Станет ли Фрейя хранить обломок Брисингамена, как обещала, до конца времен? Торри глупец, если думает, будто можно доверять всем и каждому. Но Йен не станет впадать в идиотизм противоположного свойства и не будет вести себя как глупец, который не доверяет никому.
Совершенно незачем шарахаться из одной крайности в другую.
Йен улыбнулся и повернулся к остальным.
Наваждение сгинуло.
Ториан дель Орвальд первый опустился н
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
