| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Рассказ певца
епременно изыщем возможность наделать своих, – церемонно произнес я, после чего мы дружно рассмеялись.
– Главное – не перепутай, – прошептал Шар, становясь за моим плечом. – Твоя невеста – та, что держит в руках букет с фиалками.
– Ты бы лучше о себе подумал, – так же шепотом отозвался я. – Как никак сорок минут на ногах… свидетель.
– Я тебе уже три раза объяснял. Левитирующее заклинание…
– Молчу молчу молчу.
Черный, с ярко рыжими разводами спортивный коврик лихо заложил вираж вокруг купола, ухнул вниз, выровнявшись у самой земли, плавно подплыл к ступеньками и замер.
Зорин наградил довольно ухмыляющегося Макса злобным взглядом и шагнул вперед, протягивая руку. Я поступил проще – оббежал вокруг ковра и получил свою часть фамильного сокровища Валевич прямиком в объятья.
– Только не урони! – предупредил кто то сзади.
Маринка откинула вуаль – личико у неё не слишком отличалось по цвету от платья и я решил, что непременно присоединюсь к Зорину, когда он будет читать Максу лекцию по основам пилотажа – притянула мою голову к своей и на следующие полминуты мы с моей суженой выпали из окружающего мира. Обратно нас вернуло деликатное покашливание Шара.
– Дорогие, кхе кхе, молодые…
– Идем идем, – пробормотал я, возвращая свою невесту в более подходящее для ходьбы положение. Взамен мне была оставлена ладонь – и счастливая улыбка.
Внутри храм оказался неожиданно просторным. Казалось, он наполнен воздухом и светом – дурацкое определение, но именно эти слова родились у меня, когда я поднял глаза, пытаясь разглядеть купол, вознесенный строителями на несколько десятков саженей.
Затем мой взгляд скользнул ниже, по увешанным образами стенам. Эти иконы не защищала магия – храм был до раешных времен. Пусть так – зато среди взиравших с потемневших досок не было лихих парней с большой дороге, в одночасье оказавшихся борцами за святое дело.
Тихо скрипнули царские врата.
Однако! Признаться, в этом древнем храме я больше ожидал узреть благообразного старичка, сгорбившегося под тяжестью праздничного облачения – однако порывистые движения и перечеркнувший щеку шрам наводили на мысль что молодому – вряд ли больше тридцати – батюшке была больше привычна тяжесть кольчуги, а возложенным на алтарь крестом он отгонял нечистого отнюдь не только от молодоженов.
Когда же он начал читать молитву, я еще больше утвердился в этом мнении. Ничуть не похоже на привычное невнятное бормотание – чистый, сильный голос, как раз подходящий, дабы перекрывать грохот боя.
Так и хочется спросить: “В каком полку служили?”
Задумавшись, я пропустил и молитву, и молитвословия и очнулся лишь когда взявший золотое кольцо священник вторично объявил:
– Обручается раб Божий Валентин рабе Божией Арине.
Забавно – я только сейчас понял, почему обручальные кольца надеваются на правую руку. А ведь так просто – этой рукой люди
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
|
|
 |
|
