| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
Рассказ певца
вала признаваться в этом даже самой себе, ожидая, пока паломник сам не захочет ей представиться. А причин своего поведения она сама не понимала. Возможно, догадки были настолько невероятны, что их не хотелось осмысливать до конца.
– Ты ищешь троих, – бормотал между тем толстяк, – а они ищут тебя. Вон они появились в конце аллеи, торопятся и при этом отчаянно размахивают руками, пытаясь привлечь твое внимание. Вовремя они появились, – я рад.
Великая Кахатанна, возможно, и сумела бы царственно отреагировать на это сообщение, но внимание Каэтаны теперь можно было пытаться привлечь сколь угодно долго. Она во все глаза смотрела на собеседника.
А он продолжал как ни в чем не бывало:
– Да Гуа, Ши Гуа и Ма Гуа хотят с тобой поговорить. Я не против, да и как я могу быть против? Хозяйка здесь, конечно, ты, и это к тебе пришел я со своей просьбой. Но признаюсь, мне очень на руку этот ваш грядущий разговор. Он успокоит тебя, ты перестанешь волноваться, а меня это избавит от необходимости в дальнейшем отвечать на множество ненужных вопросов. Единственная просьба – не становись, пожалуйста, Кахатанной. Так мы быстрее договоримся.
– До чего?
– До истины, только до истины, дорогая Каэ. Ну ладно, иди к монахам. А пока идешь, подумай над такой мыслью: я утверждаю, что Интагейя Сангасойя во всем своем блеске и величии не вынесла бы всех испытаний и не дошла бы до Сонандана, окажись она в том месте и в то время. А вот Каэтана дошла. Иди, я подожду тебя здесь, на солнышке.
– Пожалуйста, – попросила она.
Переходя через мостик и идя по лужайке навстречу трем монахам, она несколько раз оглянулась на странного посетителя, словно боялась, что он растворится в жарком золотистом воздухе.
Диковинное это существо, словно склеенное из обрывков разных людей, кого то ей страшно напоминало. Настигла мысль, что в чем то оно гораздо более могущественно и величественно, чем все Древние и Новые боги, вместе взятые.
Каэтана оглянулась в последний раз: толстяк, похожий на обиженного сенбернара, грелся на солнце.
Да Гуа, Ши Гуа и Ма Гуа бегут навстречу со взволнованными лицами. И чем ближе они подходят, тем плотнее и осязаемее становятся их фигуры.
Каэтана приветливо наклоняет голову:
– Как живется в стороне от мира?
Они, кажется, не слышат ее, поглощенные какой то безумно важной мыслью. И Каэтана думает, что впервые видит трех монахов такими озабоченными и удивленными.
– Нам нужно вмешаться, – произносит Да Гуа, едва приблизившись к ней.
– Мы должны дать тебе совет, – говорит Ма Гуа.
– Мы готовы заплатить любую цену, – добавляет Ши Гуа.
– Это так важно? – удивляется Каэ.
– Более, чем просто важно, – подтверждает Да Гуа.
– Это очень важно, – тихо говорит Ма Гуа.
Ши Гуа молчит.
Каэтана хоть и является Воплощенной Истиной, тем не менее зависит от этого мира так же, как и о
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
