| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Прискорбный случай
го сверкали, и весь он, освещенный алыми отблесками пламени, казался своим воинам воплощением грозного Ишбаала. Потому что только сама Смерть в их представлении могла быть такой неукротимой, неостановимой и могучей.
Уррох был великолепен – гигантская кошка, покрытая косматой шкурой, толстой и грубой, которую не мог проткнуть каменный наконечник, монолит из мускулов, когтей, клыков и ненависти ко всему, что двигается и дышит. Он был создан для того, чтобы уничтожать, раздирать на части, а затем пожирать. И другого не представлял. Еще он не представлял себе, что кто нибудь откажется уступить ему дорогу, – в степи никто не смел попадаться ему на глаза. Изредка уррох забредал в леса и поднимался невысоко в горы – с его когтями лазить по камням было неудобно. Но даже горные медведи, ревностно охраняющие свою территорию от чужаков, никогда не смели выйти против него в открытом бою. Разве что попадался какой нибудь глупый зверь, что не сумел должным образом спрятаться, и тогда уррох жадно поедал его.
Косматый свирепый хищник не нападал только на ящеров, но ящеры предпочитали болотистые местности и с уррохами территории не делили. Никто не оспаривал прав этих зверей на власть над всеми и уж подавно – над жалкими и слабыми людьми, которые составляли чуть ли не половину рациона грозных кошек. Еще эти монстры не сражались друг с другом. Земля была достаточно велика, чтобы прокормить их всех. И поэтому они не знали, что такое клыки и зубы разъяренного урроха.
Злобно хлеща себя хвостом, издавая низкое рычание, больше похожее на клокотание водопада, хищник стал приближаться к человеку, желая разорвать его на клочки, отомстить за пленение, за позор пребывания в сетях, утолить неистовый голод и ненависть к жалким двуногим. Но зверь медлил нападать: что то странное чудилось ему в неподвижном противнике, как если бы он учуял в нем своего собрата, непонятным образом принявшего облик извечного врага. Слишком серьезной силой пахло от человека, и уррох был несколько растерян. Еще его раздражал свет костров. Он, как и все звери, не любил огня и не подходил к нему слишком близко, а сейчас, окруженный стеной пламени, он не видел другого способа выбраться из этого неуютного места, кроме как уничтожить человека и попытаться перепрыгнуть через ревущую алую стену. Уррох знал: эти красные, теплые на расстоянии языки могут пребольно кусаться...
Наконец он решился. Пружинисто изогнулось огромное тело, сократились и напряглись мышцы, и на пределе этого напряжения, словно брошенный могучей рукой камень, уррох взвился в воздух и стрелой понесся к спокойно стоящему на месте человеку.
Воины, находившиеся за кругом, шумно выдохнули. Они часто бывали на охоте, иногда встречались и с опасными хищниками и знали, что сейчас должно произойти. Как бы силен ни был человек, он не выдержит огромной массы зверя, усиленной к тому же прыжком. Приняв на себя удар падающего тела, Самаэль будет непременно сбит с ног, а потом острые когти располосуют
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
|
|
 |
|
