| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Прискорбный случай
его, прикончив в считанные секунды. Но воины просчитались.
Просчитался и уррох, пролетевший мимо двуногого врага. Тот только на полшага отступил, а зверь уже не успел изменить направление движения, потому что было слишком поздно. Человек шевельнулся лишь в последний миг, когда несколько сантиметров отделяло его от удара передними вытянутыми лапами. Стремительно обернувшись, урмай гохон поймал урроха за хвост и что было силы дернул на себя. И огромный хищник тяжело рухнул на землю, цепляясь в нее выпущенными кинжальными когтями. Это была еще одна доля секунды, которую Самаэль использовал с выгодой для себя. Не отпуская хвоста зверя, он вспрыгнул ему на спину обеими ногами. И изо всей силы ударил ими, метя в крестец. Громоподобный рык потряс темноту ночи, пламя огня заколебалось как от порыва ветра. Зверь попытался было вскочить, но не смог и бессильно зарычал, извиваясь и переворачиваясь на спину: Самаэль сломал ему хребет, и задние лапы – мощное и страшное оружие – больше не слушались урроха.
Только тогда зрители поняли, что урмай гохон не промахнулся, а специально попал по единственному уязвимому месту на хребте зверя. Потому что сломать урроху спину было практически невозможно – позвоночник был надежно защищен плитами каменных мускулов. Теперь искалеченный зверь, роняя с оскаленных клыков пену, в бешенстве пытался дотянуться до врага передней частью туловища. Задние лапы и хвост бессильным и неподвижным придатком волочились за ним.
Площадка была невелика. Самаэль легко уворачивался от урроха, оставаясь тем не менее в пределах его досягаемости. Наконец он изогнулся и нанес сокрушительный удар кулаком по теменной кости хищника. Тот рявкнул и на несколько секунд потерял ориентацию. Урмай гохон выкрикнул что то, выхватил из земли заостренный кол и одним движением пригвоздил зверя к месту. Было слышно, как трещат ребра и кости, как рвется шкура. Темная кровь хлынула горячим потоком, омыв ноги победителя, и мгновенно впиталась в высушенную землю. Узкий ручеек ее достиг края площадки, и она зашипела, испаряясь от соприкосновения с раскаленными углями. Дрова во многих местах успели прогореть, и теперь костер постепенно умирал – только красные отблески вспыхивали во тьме ночи.
Раздалось тихое ворчание – уррох несколько раз широко открыл и закрыл пасть. Его нёбо стало практически белым от потери крови. Зверь еще раз распахнул свой кошмарный зев, блестя клыками длиною в ладонь, да так и остался лежать – он умер, не успев даже оцарапать своего победителя.
И только тогда ночь взорвалась торжествующими воплями и криками Воины приветствовали своего вождя, признавая его право подняться над ними еще выше, нежели он был до сих пор.
Мощными, как клещи, пальцами Самаэль выдернул из пасти урроха два верхних клыка. Им предстояло украсить его ожерелье.
А на следующий день отряд миновал, лес и стал подниматься по склону горы, подбираясь к пещере Ишбаала.
– Я должен предупредить
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
|
|
 |
|
