| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Царские сапоги
что то посерьезнее простого нападения. Там нет Врага – я это чувствую. Там действительно тьма и пустота – это то и страшно.
– Посмотрим. Веди меня.
Они быстрым шагом спускаются в Царство Мертвых.
Со стороны это выглядит не вполне обычно, и император, наблюдающий за ними из окна, волнуется и переживает, потому что не знает, как поступать в подобных случаях.
Любить богиню – тяжкое испытание для нервов.
Во тьме, тишине и пустоте просто потеряться и еще проще потерять самого себя.
Страх завладевает разумом и душой, придавливая к земле, отнимая право самому решать и самому выбирать себе судьбу. Страх убивает гордость и достоинство, уничтожает личность. Остается оболочка – пустая, нелепая и жалкая. Есть она или нет – на самом деле уже не важно. Когда спохватываешься и начинаешь искать, где оступился, где ошибся, оказывается слишком поздно. И с ужасом понимаешь, что тебя давно нет.
Но есть тело, которое по прежнему носит костюмы, требует пищи, исполняет повседневные обязанности и иногда ищет близости с другими телами. Иллюзия существования поддерживается таким нехитрым способом, и многие люди так и не замечают до конца своих дней, что давно перестали быть. Когда их забирают в Царство Мертвых, тела отключаются от окружающего мира, и не остается ничего, что могло бы осознать сам факт смерти.
Бессмертному сложнее.
Баал Хаддад испытал и страх, и состояние потери себя, но умереть не смог, поэтому постепенно переживал все стадии развоплощения в абсолютное ничто. Даже приход га Мавета казался ему фактом тысячелетней давности, ничего не значащим, ни на что не влияющим. Повелитель Мертвых забыл, что сказал ему желтоглазый брат, и не ждал от него помощи. Он уже не знал, что такое слово существует на самом деле. Единственной реальностью для него стал моментальный распад Вселенной на крохотные частички, которые разлетались в разные стороны, затрудняя восприятие.
Исчезли запахи и звуки, зато появились никогда не существовавшие прежде цвета – а именно черный. Баал Хаддад внезапно понял, что значит черный. Липкий ужас, затягивающее состояние собственного небытия; он мотал головой и отбивался руками, но разлетающиеся части Вселенной оказались его собственным телом: голова парила на расстоянии сотен лет скольжения звездного света в абсолютной пустоте, руки существовали лишь условно, в воспоминаниях.
Сами воспоминания казались вымыслом.
И вдруг через темноту пробилось прикосновение – странное касание, относящееся одновременно ко всем частичкам, летящим в разные стороны с бешеной скоростью.
На границе Вселенных обнаружилась рука, за которую кто то держался. А потом бог ощутил и тело, которое кто то тряс за вновь обретенные плечи.
Понятия возвращались в разум вместе с ощущениями, а ощущения – вместе с предметами.
Баал Хаддад вновь обрел голос и воспользовался им, чтобы издать крик о помощи.
– Не ори! – пр
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51
|
|
|
|
|
 |
|
