| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
 |
 |
|
|
| |
Врачевание и психика
тливо торчащей в песке кабинкой для переодевания, жались от ветра местные оперативники, охраняя завернутое в одеяло тело. Мы с Васильковым вылезли из машины и, увязая во влажном песке, побрели к коллегам. Подойдя поближе, мы увидели, что коллеги времени даром не теряли, угощаясь из неприметной бутылочки с водочной этикеткой.
Васильков предъявился коллегам и поинтересовался подробностями. Коллеги нехотя рассказали ему, что сегодня в час дня бдительные граждане сообщили: мол, на пляже лежит гражданин, завернутый в одеяло, и не подает признаков жизни. Поскольку местность курортная, и у городских жителей постоянно возникает желание допиться до колик именно на природе, сначала туда отправили спецмедслужбу. Однако спецмедслужба, даже не подъезжая к телу, с ходу определила - не их клиент, и передала заявочку дальше по цепочке. Участковый был не на машине, а на своих двоих, и до тела дошел. Обнаружил в виске неизвестного гражданина пулевое ранение, а рядом с телом - однозарядный пистолет, замаскированный под шариковую ручку, и вызвал оперов.
- Да ну его, - пожаловался нам один из оперов, шмыгая носом и косясь на вожделенную бутылочку, прикопанную у кабинки для переодевания, - только панику навел. Тут к бабке не ходи, сразу видно, что самоубийство.
- Ага, - вступил второй, - мы таких пачками в сезон списываем. Приедут из города, позагорают, в заливе поплескаются, налижутся, начнут оружием махать, а потом в себя ненароком и пальнут. Вон и оружие валяется, - он ковырнул носком ботинка песок и поддал в воздух шариковую ручку-пистолет. - Столько времени зря потеряли, я бы лучше свои материалы отписал, а то у нас главковская проверка.
Я про себя согласилась с тем, что пить в кабинете намного комфортнее, поскольку не май месяц, и нагнулась к телу. Опера безучастно наблюдали за мной.
Господин Шиманчик, если это был именно он, лежал, вытянув руки по швам, туго замотанный в синее байковое одеяло, из одеяльного кокона торчала только голова. Висок был разворочен выстрелом.
- А где ручка лежала? - поинтересовалась я у местных сотрудников, не разгибаясь.
- Вот тут и лежала, - ответил один из них, и ткнул ногой в песок, метрах в двух от трупа. Посмотрев туда, я заметила на мокром песке свежий отпечаток следа ноги. Подошва обуви, оставившей этот след, имела четкий кроссовочный рельеф. Почти такой же я видела сегодня в лесопарке.
Я услышала, как за моей спиной Васильков тихо выясняет у оперов, откуда они взяли, что убиенный носил фамилию Шиманчик, а опера вразнобой отвечают, что вон там, за деревьями, брошена открытая машина, в которой на переднем пассажирском сиденье лежит барсетка. А в ней пустой бумажник (при этих словах я не удержалась и довольно громко хмыкнула, но опера и ухом не повели) и водительские права, фотография на которых весьма напоминает рожу гражданина в одеяле.
Далее Васильков стал выяснять, разворачивали ли они гражданина, опера вякали, что толь
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
