| |
 |
|
 |
| |
Желаем вам приятного прочтения
|
 |
|
 |
|
|
| |
Врачевание и психика
облазили заднее сиденье, и на правой дверце мною было найдено маленькое кровавое пятнышко. Мы с Васильковым переглянулись: это лишнее доказательство транспортировки в машине трупа, замотанного в одеяло, а не приезда на побережье живого гражданина Шиманчика с целью свести счеты с жизнью.
Машину после беглого осмотра отогнали на стоянку к РУВД. Следователь Гришковец клятвенно обещал мне, что завтра он осмотрит ее тщательнейшим образом, изымет эту каплю крови и грязь с педалей, поскольку было уже очевидно, что сюда на берег машина прибыла под управлением если не убийцы, то, по крайней мере, укрывателя убийства. И еще он взял мой домашний телефон и заверил, что после осмотра трупа в морге с участием судебно-медицинского эксперта он обязательно позвонит мне и расскажет, что скрывалось под одеялом.
- Ты орудие-то убийства подбери, а то им ваши опера в футбол играют.
- Обижаешь. Я уже его в конвертик упаковал. И надпись написал. И операм наподдал.
- Пашуля, Христом-Богом прошу, возьми отпечатки с руля. Обещаешь?
- Обещаю, - бодро откликнулся Паша.
- И мне зашли.
- Зашлю. Хоть будет повод с однокурсницей пообщаться.
Он приобнял меня за талию и заглянул в глаза. От него шел явственный запах спиртного, глаза были красные, невыспавшиеся. Пашка жил в общежитии, с женой и двумя детьми, и уже восемь лет ждал выполнения федерального Закона "О прокуратуре", который от лица государства обещал прокурорскому работнику, нуждающемуся в улучшении жилищных условий, предоставления отдельной квартиры в течение шести месяцев со дня принятия на работу.
Обратно мы с Васильковым ехали молча. Похоже, что нас обоих сверлила одна и та же мысль - как добраться до последнего компаньона, Красноперова, если он еще жив.
Въехав в черту города, Коленька поинтересовался, куда меня везти - на работу или домой. Я бодро ответила, что на работу, а потом домой. Никакого недовольства Васильков не выказал, и оперативно домчал меня до прокуратуры, и даже поднялся вместе со мной в контору, чтобы помочь собраться - по крайней мере, так он мотивировал то, что за мной увязался.
В прокуратуре уже почти никого не было. Я дернула Лешкину дверь: она была заперта. А вот из канцелярии доносился треск работающего принтера. Не иначе лентяй Горчаков ушел домой, а любящая Зоя, которой торопиться некуда, в свое свободное время распечатывает для него обвинительное заключение. Я расстроилась за нее и даже не стала заходить в канцелярию.
Открыв кабинет, я прошла к сейфу и стала рыться в нем, доставая нужные мне бумаги, а Коленька ждал, прислонившись к притолоке. Когда я сложила то, что мне требовалось, в папку, а папку упихала в сумку, и подошла к дверям, всем своим видом выражая готовность завершить рабочий день, мой кавалер как-то хитро извернулся, оперся обеими руками о дверь, и я оказалась прижатой спиной к двери, в кольце его рук. Глядя мне в глаза, Коленька запер
1
2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21
22 23 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 40 41
42 43 44 45 46 47 48 49 50 51 52
|
|
|
|
|
 |
|
